Черная смерть. Морпех против Батыя  - Сергей Нуртазин

– Слушай, Аркаша, мы, насколько я понимаю, стартуем из подвала, вот я и подумал, не окажемся ли мы в другом времени под землей? И еще, не рванет ли наш боеприпас во время перемещения во времени?

– Думаю, что нет. Если верить записям нашего французского друга Жерома Броссара, он совершал путешествия во времени с огнестрельным оружием в руках из этого самого подвала и при этом не пострадал. Надеюсь, что и нам повезет. Так что утром в путь!

Утром, выпив по чашке кофе с бутербродами, экипированные и вооруженные, имея за плечами объемные армейские рюкзаки, они вошли в бывшее жилище Жерома Броссара. Аркадий зажег свечи в подсвечнике. Их свет придал комнате еще большей таинственности. Тени от пламени свечей метались по кирпичным стенам и закопченному потолку подобные призракам.

Настя передернула плечами.

– Жутковато как-то.

– Настюха, не драматизируй. – Аркадий включил ручной фонарь на полную мощность, выключил, протянул сестре: – Держи и не мандражируй. Земноводных и паукообразных существ, которых ты так сильно боишься, здесь нет. Дверь изнутри запирается, свет у тебя имеется, чай, бутерброды, травмат, газовый баллончик, винтовка в углу, связь с внешним миром налажена. Так что все нормально. Врубишь свой новый суперайфон и сиди себе, дожидайся нашего возвращения. Кра-со-та!

– Прям курорт, – парировала Анастасия.

– Кстати, возможно, я понял причину того, почему в подвале, а конкретнее, в армейском складе и комнате Броссара все так хорошо сохранилось.

Соколиков смахнул с берета паутину, спросил:

– И что же это за причина?

– Думаю, что этому поспособствовал наш «агрегат», который, возможно, от воздействия взрыва, если так можно сказать, законсервировал время на данной территории. Но оставим мои предположения и перейдем к делу.

Аркадий посмотрел на машину времени, бросил в сторону Кирилла и Насти ироничный взгляд:

– Время не терпит. Можете попрощаться, я отвернусь.

Ирина шагнула к Кириллу обвила руками его мощную шею, Кирилл принял ее в свои объятья. Страстный поцелуй длился недолго. Не прошло и десяти секунд, как Аркадий обернулся.

– Достаточно, а то я сейчас расплачусь. Прервем страстное расставание, пора уже заняться более важными делами.

Кирилл отпустил Настю, шагнул к Аркадию. Вдвоем подошли к конструкции, Ирина осталась стоять у стола. В тусклом свете свечей Кирилл более внимательно рассмотрел машину времени. Только теперь он заметил, что лишь один из четырех сфинксов имеет позолоченный пшент – корону древнеегипетских фараонов, украшенную спереди изображением кобры и стервятника. Рядом с ней и встал Аркадий, сосредоточенно и серьезно, подобно врачу перед началом хирургического вмешательства, выдал:

– Начинаем операцию.

Кирилл шутливо спросил:

– И как же будет называться наша операция перемещения во времени?

Аркадий задумался.

– Верно, надо придумать название.

Соколиков предложил:

– Может быть, назовем операцию АКа.

– Почему АКа?

– Во-первых, это название лучшего автомата в мире, а во-вторых, название можно расшифровать как первые буквы наших имен. А – это Аркадий, Ка – Кирилл.

– Неплохо, но мне кажется, что название должно быть более громким. Например, «Меркурий».

– Почему Меркурий?

– Ну, хотя бы потому, что быстроногий и быстрокрылый римский бог Меркурий был не только покровителем торговли, но и курировал магию, астрологию, изобретательство и всякие там открытия. Опять же, название красивое.

– Пусть будет «Меркурий». Я во время службы на флоте слышал о бриге с таким названием. Так вот, этот бриг во время войны с турками, в тысяча девятьсот двадцать девятом году, под командой капитан-лейтенанта Александра Хазарского принял неравный бой в Черном море с двумя турецкими линейными кораблями и вышел победителем. Так что я с названием «Меркурий» согласен.

– Если согласен, значит, приступим. – Следуя инструкциям из дневника Броссара, Белозеров стал отдавать приказы. – Берем сфинксов за голову, аккуратно тянем на себя.

Кирилл последовал указанию. Соприкосновение с древностью и тайной возбуждало, заставляло сердце биться сильнее. Кирилл осторожно потянул сфинкса за голову. Сфинкс поддался. Как оказалось, под ним скрывалась ячейка, в который лежал браслет для запястья из серебристого цвета металла. Наличие маленького диска делало его похожим на наручные часы. «Циферблат» цвета меди имел вместо цифр похожие на египетские иероглифы значки, в центре была изображена пирамида. Белозеров с серьезным видом продолжал давать указания.

– Надеваем браслеты на правую руку.

Кирилл удивился, когда металлический браслет словно резиновый объял его запястье.

Аркадий бросил взгляд на Кирилла:

– Довожу до сведения, что при помощи браслета можно в любое время и с любого места вернуться в исходную точку. Для этого надо повернуть диск влево и нажать на изображение пирамиды.

– Я так понимаю, мы всегда имеем возможность избежать опасности при помощи браслета?

– Совершенно верно. А сейчас надо снова взять сфинкса за голову и поворотом вперед и вправо обратить его лицо в сторону пирамиды.

Кирилл повернул сфинкса, ячейка для браслета снова спряталась под фигуркой мифического существа. Теперь сфинкс смотрел на пирамиду. Аркадий стал производить манипуляции с дисками «агрегата». Неожиданно голубые лучи из глаз сфинксов, у которых стояли Аркадий и Кирилл, ударили в пирамиду. Свечи потухли, пирамида осветилась ярким бирюзово-зеленым светом, образуя вокруг машины времени световой круг радиусом в полтора метра. Каменный пол под ногами завибрировал. Через мгновение «агрегат» и его «пассажиры» окутались розовым туманом. От предстоящего путешествия в неизвестность у Кирилла захватило дух, как при первом прыжке с парашютом. Он услышал, как Аркадий громко произнес слова первого космонавта Земли:

– Поехали!

Настя зажмурилась от яркой вспышки. Когда она открыла глаза, Никиты и Аркадия рядом с машиной времени уже не было…

* * *

Все прекратилось вдруг, и туманный вихрь, и крутящийся калейдоскоп цветов, и захватывающее дух ощущение падения в бездну. Осталось лишь легкое головокружение и покалывание в теле. Кирилл осознал, что, как и прежде, стоит на ногах. Он встряхнул головой, осмотрелся. Невысокий поросший редким низкорослым кустарником холм, на котором он находился, был окружен вековыми соснами и елями. Под ногами лежало ослепительно белое, покрытое тонкой ледяной глазурью одеяло пористого, похожего на сахар-песок, снега, с частыми заплатками-проталинами, украшенными цветами подснежника. Кирилл оглянулся. Позади, в трех шагах от него – древний поросший густым мхом дуплистый дуб. Неподалеку от лесного великана лежали вырубленные из древесных стволов, почерневшие от пожара и времени идолы. Кирилл перевел взгляд на себя, проверил, все ли на месте, затем посмотрел на Аркадия. Белозеров стоял рядом, живой и здоровый. Словно читая его мысли, он произнес: